10 марта 2020 года в Москве (ЦВК «Экспофорум, Краснопресненская набережная, д. 14), в...


Электрическая гиперинфляция

 

Петербургские предприниматели бьют тревогу: с прошлого года электроэнергия для них подорожала на 40-80%. Власти готовы помогать только крупному бизнесу.


В редакцию «ДП» обращаются городские бизнесмены с рассказами о том, что их расходы на электроэнергию выросли с прошлого года порой вдвое. Попытки экономить и модернизировать оборудование не дают эффекта — система оплаты электроэнергии такова, что в большинстве случаев экономить бесполезно.

 

По данным ЗАО «Петербургская сбытовая компания» (ПСК), средний рост расходов потребителей составил 29,6%. При этом у промышленных компаний сложная система расчетов, которая приводит к разбросу окончательного размера счетов за электроэнергию. К примеру, большинство крупных потребителей платят по так называемым двухставочным тарифам. То есть не только за каждый киловатт, но и за предварительно заказанную мощность.

 

Предупреждали

Еще в начале года энергетики предупредили, что из-за перехода к так называемой либерализации цен на электричество тарифы могут вырасти примерно на 40%. Однако на деле оказалось, что для большинства цены выросли еще больше.

 

Производитель резиновых делателей ООО «Вилена» с января 2010 г. сократил по­требление электроэнергии с 38 тыс. до 27,4 тыс. кВт•ч. Однако счет за электроэнергию в январе 2011 г. оказался на 57% больше, чем годом ранее.

 

«Реальная стоимость каждого потребленного киловатт-часа у нас выросла более чем вдвое, до 9,5 рубля», — рассказывает совладелец предприятия Александр Розов. По его словам, причиной стал резкий рост стоимости заказываемой мощности — более чем в 2 раза.

 

Александр Меркулов, директор по развитию ПСК, предположил, что в этой истории вина лежит на главном энергетике предприятия, который неверно рассчитал тарифный план, наиболее подходящий для его компании после проведенных мероприятий по энергосбережению.

 

«В таких случаях, если потребляемая мощность не снизилась, для потребителей есть смысл перейти на одноставочный тариф. Если в результате снизилась потребляемая мощность, надо обязательно договориться о сокращении заявляемых величин», — говорит Александр Меркулов.

Сложности

Однако все не так просто, рассказывают бизнесмены. Дело в том, что менять тариф можно лишь раз в году — в ноябре. А снижение заявляемых мощностей нередко вызывает недоверие у энергетиков, которые подозревают в таких инициативах попытку мошенничества.

Кроме того, в городе тысячи предприятий получают электроэнергию не напрямую от энергетиков, а от своих арендодателей. Убедить их — а это, как правило, крупные заводы с очень сложной энергосистемой — изменить систему отношений с ПСК почти нереально. Очень трудно изменить и поставщика электроэнергии: заключить прямые договоры с энергетиками или сменить сбытовую компанию. Количество согласований и объем затрат при этом легко может превысить возможную экономию.

 

Дорожает

О резком росте расходов на электроэнергию говорят и фермеры, и владельцы технопарков, и производители пищевых продуктов.

 

«Даже небольшой рост расходов бьет по рентабельности. Мы платим за электричество не 700 тыс. рублей в месяц, как раньше, а 1 млн рублей», — говорит Александр Вихорев, генеральный директор ООО «Продовольственная компания» (торговая марка «Петербурженка»).

 

Рост тарифов на электроэнергию очень ощутим и достигает порой 60% даже для далеких от производства компаний. «Если раньше нам присылали авансовые счета из расчета 2,5 рубля за 1 кВт•ч, то с начала года указывается 4 рубля», — говорит генеральный директор УК «Сенатор» Андрей Пушкарский. Крупные арендаторы, говорит он, имеют свои счетчики, а у мелких электроэнергия включена в арендную плату. «С начала года аренда вырастет примерно на 10%, но это повышение съест инфляция, а дополнительные расходы на электроэнергию никто не компенсирует», — рассказывает Андрей Пушкарский.

 

На 60% выросли средние расходы на электроэнергию и в торговых комплексах. «Это очень большой показатель. Мы обязательно будем делать энергоаудит и использовать новые технологии», — говорит председатель совета директоров группы «Адамант» Дилявер Меметов.

 

Впереди Европы всей

Власти видят в тарифах на электроэнергию предмет торга с избирателями и олигархами. По наблюдениям Института проблем естественных монополий, в РФ до либерализации 2011 г. тарифы для населения были вчетверо меньше, чем в Германии.

 

Крупные предприятия продолжают пользоваться электроэнергией на эксклюзивных условиях. В Сибири промышленные группы просто покупают электрогенерирующие мощности. В Петербурге за счет бюджета строятся сети для так называемых стратегических инвесторов, что снижает для них расходы на подключение. К примеру, подстанция с говорящим названием «Ниссан» на севере города обошлась горожанам в 3 млрд рублей. В то же время для малого и среднего бизнеса расклад иной. В России автосервисы и производители оконных профилей даже до либерализации тратили на электроэнергию столько же, сколько в США и Финляндии.

 

Россия теряет свои былые конкурентные преимущества — это заметил даже президент РФ Дмитрий Медведев. Недавно он возмущался, что в Курске для небольших фирм 1 кВт•ч стоит 0,15 евро, хотя даже в Италии, славящейся дорогой энергией, цены не превышают 0,11 евро. А в Калуге, куда власти сумели привлечь крупных автопроизводителей, тарифы разом выросли на 50%, едва заводы были достроены.

 

Неудивительно, что знакомые с российской действительностью предприниматели видят все меньше преимуществ в работе здесь. Комфортные и предсказуемые условия для бизнеса в Европе оказываются привлекательнее, чем более дешевые рабочая сила и ресурсы в России.

 

Реформа электроэнергетики

Либерализация цен с 2011 г. предусмотрена законом «Об электроэнергетике» от 2002 г.

Авторы реформы считали, что за 10 лет энергорынок РФ станет конкурентным.

 

Денис Лебедев

www.dp.ru