28 и 29 октября. Проблемы экологии в контексте цифровой трансформации общества... Архитектура. Инженерия. Цифровизация. Экология» пройдет в...


Новая энергетика и реиндустриализация развитых стран

 

Сектор промышленности новых энергетических систем («Industries des nouveaux systèmes énergétiques») включает в себя возобновляемую энергетику, энергоэффективность, хранение энергии, водородные технологии и интеллектуальные энергетические сети.
Индустриализация в области «новой энергетики»
Правительство отмечает, что глобальный рынок этих технологий быстро растёт, что создаёт многочисленные возможности для экономического развития и реиндустриализации.
На этом рынке Франция имеет неоспоримые преимущества, в частности благодаря признанному опыту своих основных энергетических групп (Engie, EDF, Total…) и качеству исследований, проводимых в государственных и частных лабораториях, говорится в документе. Однако промышленный сектор страны отстаёт в сравнении с темпами роста и потенциалом рынка. Новая стратегия призвана ликвидировать это отставание.
Она направлена на развитие промышленного производства, разработку прорывных технологий, выращивание «национальных чемпионов», увеличение размеров добавленной стоимости, создаваемой внутри страны, и создание постоянных рабочих мест в названных секторах. Во Франции речь идёт о 150 тысячах рабочих мест и рынке объёмом 23 млрд евро (годового оборота). В мировом масштабе рынок оценивается в 2,5 трлн долларов к 2020 году.
Стратегия в частности предусматривает появление в течение 5 лет расположенного во Франции промышленного производства аккумуляторов, способного формировать «конкурентоспособные предложения» для международного рынка.
Франция планирует масштабные инвестиции в производство оборудования для солнечной энергетики. Документ предупреждает о масштабах проблемы, с которой сталкиваются производители фотоэлектрических систем в Европе. «В 2001 году пять из десяти ведущих мировых производителей солнечных батарей были европейскими», — отмечается в правительственной дорожной карте. «В прошлом году 90% лидеров были из Азии, в то время как европейские имена полностью отсутствовали в списке». ЕС подвергнется ещё большей зависимости, если деиндустриализация последних лет будет продолжаться.
В стратегии делается попытка обосновать, что Франция должна возглавить возвращение Европы. Правительство утверждает, что сильная экосистема производителей, высококачественные НИОКР и одна из «самых конкурентоспособных в мире» низкоуглеродных энергосистем являются сильными сторонами страны.
Также делаются ссылки на серьезные амбиции Франции в солнечной энергетике. Страна отстала от Германии и Италии по установленной мощности фотоэлектрических станций, но хочет увеличить её до 35-45 ГВт к 2028 году, что сделает солнечную энергетику основным возобновляемым источником к указанному сроку.
Стратегия предусматривает введение требований локализации оборудования в рамках конкурсных отборов, организуемых правительством.
Напомню, в прошлом году европейская Ассоциация солнечной энергетики SolarPower Europe выступила с инициативой по созданию производственных мощностей на 5 ГВт годового выпуска. В мае текущего года было опубликовано исследование на тему конкурентоспособности европейского производства в солнечной промышленности. В Европе много предприятий по сборке солнечных модулей, но теперь европейцы хотят вернуть домой большую часть производственной цепочки (производство кремниевых слитков, пластин и элементов).
   
 
Новая энергетика и реиндустриализация развитых стран
Поскольку солнечная энергетика стала ключевым сектором мировой энергетики (по объёмам инвестиций и вводимых мощностей),  ведущие промышленные державы стремятся захватить долю пирога на этом рынке. С некоторыми допущениями можно утверждать, что эпоха переноса производств в страны с более низкими издержками (например, низкой стоимостью рабочей силы) заканчивается.
Правительства хотят видеть у себя высококвалифицированные промышленные рабочие места и большее количество звеньев цепочки создания стоимости. Речь, конечно, не только о Европе — посмотрите на таможенные пошлины, введённые Трампом на китайские солнечные модули, или индийскую политику развития производств в секторе фотовольтаики.
Требования локализации в отношении оборудования, используемого в возобновляемой энергетике, действуют в паре десятков стран, главным образом развивающихся. Теперь, как мы видим, и развитые страны хотят вернуть производства домой. Франция, как отмечено выше, планирует ввести соответствующие правила. Недавно Великобритания опубликовала «Соглашение о развитии сектора офшорной ветроэнергетики», по которому доля локального содержания (local content) в домашних офшорных ветровых проектах должна составлять 60%.
В России тоже установлены требования локализации в возобновляемой энергетике. Это означает, что большая часть оборудования, которое используется на объектах солнечной и ветровой генерации должна производиться на территории России. Нашим компаниям удалось в крайне короткие сроки, в условиях высокой стоимости капитала и микроскопического внутреннего рынка ВИЭ создать новый сектор промышленности с нуля, сформировать новые технологические цепочки на внутреннем рынке.
На примере ООО «Солар Системс» и ООО «Солар Кремниевые технологии» мы подробно рассказывали, как инвестиционная активность в солнечной энергетике и соответствующая производственная деятельность расширяют промышленный потенциал России, вносят вклад в модернизацию экономики.
Россию отличает от других стран одно: объёмы. В той же Великобритании к 2030 году офшорная ветроэнергетика будет производить треть (!) всей электроэнергии. Про Францию мы говорили выше: до 45 ГВт солнечных электростанций будут действовать в стране в 2028 году.
В Саудовской Аравии, в которой также действуют требования локализации, планируется к 2030 году довести действующие мощности солнечной и ветровой энергетики до 58,7 ГВт. Российские планы развития ВИЭ (примерно 5 ГВт ветровых и солнечных электростанций суммарно к 2024 году) явно не соответствуют как мировому тренду, так и масштабам нашей энергетики и экономики.
В большинстве стран давно осознано: ВИЭ (и в энергетической, и в промышленной части) – это вовсе не «дополнительная нагрузка на экономику». Напротив, это добавление, рост. Это один из немногих секторов, двигающих экономику вверх. У вас чего-то не было — теперь это есть (новые производства, цепочки создания стоимости, рабочие места, новый экспорт продукции и услуг). Это новая индустриализация или, как говорят французы, реиндустриализация.
В России низкие темпы экономического роста, и (уже много лет) неподвижно стоит задача по их повышению. Ну так и надо заниматься новой индустриализацией. Сектор новых энергетических технологий, ВИЭ – именно та сфера, где она сегодня происходит.
Сектор промышленности новых энергетических систем («Industries des nouveaux systèmes énergétiques») включает в себя возобновляемую энергетику, энергоэффективность, хранение энергии, водородные технологии и интеллектуальные энергетические сети.
Правительство отмечает, что глобальный рынок этих технологий быстро растёт, что создаёт многочисленные возможности для экономического развития и реиндустриализации.
На этом рынке Франция имеет неоспоримые преимущества, в частности благодаря признанному опыту своих основных энергетических групп (Engie, EDF, Total…) и качеству исследований, проводимых в государственных и частных лабораториях, говорится в документе. Однако промышленный сектор страны отстаёт в сравнении с темпами роста и потенциалом рынка. Новая стратегия призвана ликвидировать это отставание.
Она направлена на развитие промышленного производства, разработку прорывных технологий, выращивание «национальных чемпионов», увеличение размеров добавленной стоимости, создаваемой внутри страны, и создание постоянных рабочих мест в названных секторах. Во Франции речь идёт о 150 тысячах рабочих мест и рынке объёмом 23 млрд евро (годового оборота). В мировом масштабе рынок оценивается в 2,5 трлн долларов к 2020 году.
Стратегия в частности предусматривает появление в течение 5 лет расположенного во Франции промышленного производства аккумуляторов, способного формировать «конкурентоспособные предложения» для международного рынка.
Франция планирует масштабные инвестиции в производство оборудования для солнечной энергетики. Документ предупреждает о масштабах проблемы, с которой сталкиваются производители фотоэлектрических систем в Европе. «В 2001 году пять из десяти ведущих мировых производителей солнечных батарей были европейскими», — отмечается в правительственной дорожной карте. «В прошлом году 90% лидеров были из Азии, в то время как европейские имена полностью отсутствовали в списке». ЕС подвергнется ещё большей зависимости, если деиндустриализация последних лет будет продолжаться.
В стратегии делается попытка обосновать, что Франция должна возглавить возвращение Европы. Правительство утверждает, что сильная экосистема производителей, высококачественные НИОКР и одна из «самых конкурентоспособных в мире» низкоуглеродных энергосистем являются сильными сторонами страны.
Также делаются ссылки на серьезные амбиции Франции в солнечной энергетике. Страна отстала от Германии и Италии по установленной мощности фотоэлектрических станций, но хочет увеличить её до 35-45 ГВт к 2028 году, что сделает солнечную энергетику основным возобновляемым источником к указанному сроку.
Стратегия предусматривает введение требований локализации оборудования в рамках конкурсных отборов, организуемых правительством.
Напомню, в прошлом году европейская Ассоциация солнечной энергетики SolarPower Europe выступила с инициативой по созданию производственных мощностей на 5 ГВт годового выпуска. В мае текущего года было опубликовано исследование на тему конкурентоспособности европейского производства в солнечной промышленности. В Европе много предприятий по сборке солнечных модулей, но теперь европейцы хотят вернуть домой большую часть производственной цепочки (производство кремниевых слитков, пластин и элементов).
Поскольку солнечная энергетика стала ключевым сектором мировой энергетики (по объёмам инвестиций и вводимых мощностей),  ведущие промышленные державы стремятся захватить долю пирога на этом рынке. С некоторыми допущениями можно утверждать, что эпоха переноса производств в страны с более низкими издержками (например, низкой стоимостью рабочей силы) заканчивается.
Правительства хотят видеть у себя высококвалифицированные промышленные рабочие места и большее количество звеньев цепочки создания стоимости. Речь, конечно, не только о Европе — посмотрите на таможенные пошлины, введённые Трампом на китайские солнечные модули, или индийскую политику развития производств в секторе фотовольтаики.
Требования локализации в отношении оборудования, используемого в возобновляемой энергетике, действуют в паре десятков стран, главным образом развивающихся. Теперь, как мы видим, и развитые страны хотят вернуть производства домой. Франция, как отмечено выше, планирует ввести соответствующие правила. Недавно Великобритания опубликовала «Соглашение о развитии сектора офшорной ветроэнергетики», по которому доля локального содержания (local content) в домашних офшорных ветровых проектах должна составлять 60%.
В России тоже установлены требования локализации в возобновляемой энергетике. Это означает, что большая часть оборудования, которое используется на объектах солнечной и ветровой генерации должна производиться на территории России. Нашим компаниям удалось в крайне короткие сроки, в условиях высокой стоимости капитала и микроскопического внутреннего рынка ВИЭ создать новый сектор промышленности с нуля, сформировать новые технологические цепочки на внутреннем рынке.
На примере ООО «Солар Системс» и ООО «Солар Кремниевые технологии» мы подробно рассказывали, как инвестиционная активность в солнечной энергетике и соответствующая производственная деятельность расширяют промышленный потенциал России, вносят вклад в модернизацию экономики.
Россию отличает от других стран одно: объёмы. В той же Великобритании к 2030 году офшорная ветроэнергетика будет производить треть (!) всей электроэнергии. Про Францию мы говорили выше: до 45 ГВт солнечных электростанций будут действовать в стране в 2028 году.
В Саудовской Аравии, в которой также действуют требования локализации, планируется к 2030 году довести действующие мощности солнечной и ветровой энергетики до 58,7 ГВт. Российские планы развития ВИЭ (примерно 5 ГВт ветровых и солнечных электростанций суммарно к 2024 году) явно не соответствуют как мировому тренду, так и масштабам нашей энергетики и экономики.
В большинстве стран давно осознано: ВИЭ (и в энергетической, и в промышленной части) – это вовсе не «дополнительная нагрузка на экономику». Напротив, это добавление, рост. Это один из немногих секторов, двигающих экономику вверх. У вас чего-то не было — теперь это есть (новые производства, цепочки создания стоимости, рабочие места, новый экспорт продукции и услуг). Это новая индустриализация или, как говорят французы, реиндустриализация.
В России низкие темпы экономического роста, и (уже много лет) неподвижно стоит задача по их повышению. Ну так и надо заниматься новой индустриализацией. Сектор новых энергетических технологий, ВИЭ – именно та сфера, где она сегодня происходит.
https://econet.ru/articles/novaya-energetika-i-reindustrializatsiya-razvityh-stran

 


15.07.2019